Читаем без скачивания Том 20. Смертельный поцелуй [Коварная Саломея. Соблазнительница. Труба зовет. Смертельный поцелуй] - Картер Браун

— Тело нашли только утром?

— Около восьми утра. Уборщица решила, что постоялица придет позднее, и зашла в коттедж посмотреть, все ли прибрано. А при чем здесь это?

— Я просто размышляю, скольких еще человек видели выходящими из коттеджа примерно в то время, когда ее убили, — небрежно ответил я.

— Что?

— Ты появился у меня через пятнадцать часов после убийства, поэтому я решил, что все это время ты занимался другими подозреваемыми.

— Тонкое замечание, Бойд, — устало произнес он. — Да, я был очень занят.

— Где-то час назад кто-то внезапно вспомнил, что видел меня выходящим из коттеджа примерно в то время, когда произошло убийство, — продолжал я. — Я редко спорю на деньги, капитан, но в данном случае готов поставить два против одного, что это был анонимный звонок.

Его лицо было еще более сумрачным, чем обычно.

— Анонимный звонок или нет, но ты должен предоставить мне алиби на вчерашний день в период от девяти до полуночи.

— Пожалуйста, — ответил я. — Все это время я был дома один.

— Может, предложишь что-нибудь получше?

— Честный человек не нуждается в алиби, — сухо возразил я.

Он скривился:

— К тебе это определение не подходит, Бойд. Слово «честный» в твоих устах звучит как ругательство.

— Я тут кое-кому наступил на мозоль, — объяснил я. — Может быть, кто-то пытается таким способом убрать меня назавтра со своей дороги.

— Этот кто-то не только назвал твое имя, но и очень точно описал твою внешность и твою машину.

— Вплоть до моих родинок и царапин на заднем бампере машины?

— А убийство Сандры Лин и то, что ты кому-то наступил на мозоль, связаны между собой?

— Если и да, то весьма отдаленно, — согласился я небрежно. — Что вы знаете о Сандре Лин?

— Немного, — пробурчал он. — Она приехала из Лос-Анджелеса вчера вечером и сняла коттедж около шести тридцати. Сейчас мертвый сезон, поэтому снять коттедж не составляет труда. В полиции Лос-Анджелеса ничего криминального за ней не числится. Жила в Брентвуде. Вдова, возраст — тридцать пять лет. Убийца что-то искал в ее комнате. Преступники тщательно осмотрели все ее вещи, но не тронули тысячу долларов наличными и ее кредитные карточки.

— И это все, что о ней известно?

— Ее мужем был Декстер Лин. Говорят, он был замешан в рэкете, его убили около трех месяцев назад. Он вел машину по горной дороге, когда его настигла пуля. Убийство из автомата в старом стиле. В ветровом стекле насчитали восемь пробоин. Это чисто профессиональное убийство, и дело все еще висит на полиции Лос-Анджелеса. Они страшно заинтересовались, когда услышали, что его вдова тоже убита.

— Они знают, почему его убили?

— Только смутные слухи. Он не вернул деньги мафии, и им это не понравилось. — Капитан хмуро улыбнулся. — Довольно непривычные слухи, не правда ли?

— Пожалуй, да, — согласился я.

— Ты можешь перечислить имена тех, кому наступил на мозоли?

— Не сейчас, — ответил я. — Здесь все так же смутно, как слухи, о которых ты говорил.

— Ну ладно. — Он раздавил окурок сигары в пепельнице. — Я на время оставлю тебя в покое, Бойд. Если тебя убьют в ближайшие два дня, у меня останется довольно противоречивое чувство. Я рад наконец-то избавиться от тебя навсегда, но мне будет жаль, что я так и не вытряс из тебя нужную информацию, когда была такая возможность.

— Не упади с лестницы на обратном пути, капитан, — предупредил я.

— Но здесь нет никакой лестницы.

— Тогда мне придется ее построить.

Глава 4

Закрыв дверь за капитаном Шеллом, я обнаружил, что кубики льда в моем стакане совсем растаяли. Еще одна маленькая трагедия. Не успел я соорудить себе новую выпивку, как в дверь снова позвонили. Я удивился, какого черта Шелл забыл у меня? Когда я открыл дверь, на меня смотрели темные глаза, гораздо более симпатичные, чем хмурые серые глаза Шелла, и, само собой, у него не было ничего подобного тому, что так выпирало из-под черной шелковой рубашки у Кейт Мелик.

— Пропусти, — решительно приказала она.

Я отодвинулся, и она прошла мимо меня в офис. Когда я закрыл дверь, она уже стояла посреди комнаты с выражением глубокого отвращения на лице.

— И это все? — высокомерно спросила она. — Что ты здесь делаешь? Спишь на полке одного из этих шкафов для бумаг?

— У меня есть спальня, — ответил я со спокойным достоинством. — Не говоря уже о кухне и ванной.

— Я займу спальню, — заявила она. — Если тебе не нравится спать на полке шкафа, можешь спать стоя.

— А в чем дело? — вежливо спросил я.

— Джо Кирквуд вернулся и выбросил меня из квартиры, — ответила она. — Он не позволил мне ни одеться, ни захватить с собой кошелек. Во всем виноват ты!

— Почему?

— Ты задел его гордость, разделавшись с ним в моем присутствии, теперь он просто знать меня не хочет. Мой вид напоминает ему о том, что произошло.

— Хочешь выпить? — предложил я.

— Налей того же, что и себе, — согласилась она. — А кто этот ублюдок, который попался мне навстречу?

— Капитан Шелл из отдела убийств.

— Что ты натворил? Убил кого-нибудь?

— Если верить анонимному телефонному звонку, то убил. Но кажется, он не верит.

— А я верю, — заявила она. — После того, как ты свирепо набросился на Джо.

Я прошел на кухню, налил ей выпить и вернулся в комнату. Приняв стакан из моих рук, она подозрительно понюхала и сделала большой глоток почти неразбавленного виски. В следующий момент она выпучила глаза и начала беспомощно хватать ртом воздух.

— Противоядия нет, — заверил я ее. — Ты умрешь в течение ближайших десяти секунд.

— Я тебе верю, — с трудом выговорила она. — Кто же этот человек, убийство которого капитан Шелл не хочет на тебя вешать?

— Женщина по имени Сандра Лин.

В ее глазах блеснул интерес.

— Я слышала об этом по радио. Ее убили ножом на Парадиз-Бич прошлой ночью, верно?

— Так мне сказал Шелл.

— Зачем кому-то понадобилось звонить и валить это дело на тебя?

— Хороший вопрос, — сказал я. — Вполне возможно, это был кто-то вроде Джо Кирквуда, чтобы отвлечь мое внимание от Мишель Стрэнд.

Она очень осторожно сделала крохотный глоток виски.

— Какая-то чушь! Но ты особенно не переживай, потому что Джо скоро тебя убьет.

Беседа опять покатилась по наезженной колее, поэтому я изменил тему:

— Как долго ты думаешь прожить у меня?

— Пока Джо не остынет, — небрежно ответила она. — Скорее всего, пару дней. Не знаю. Выбросить меня из квартиры без денег! У меня нет даже зубной щетки!

— Можешь спать на столе, если хочешь, — расщедрился я. — Вряд ли ты уместишься на книжной полке.

— Я займу спальню.

— Ну уж нет!

Сверкнув на меня своими темными глазищами, она сделала еще один осторожный глоток виски и поставила бокал на стол.

— Где ванная?

— За спальней.

— А спальня там? — изящным жестом указала она на дверь.

— Да.

Она ушла в спальню и громко захлопнула за собой дверь. Хорошо хоть, что получила домашнее воспитание, подумал я. Это уже что-то. Я не торопясь допил виски. От Кейт я не ожидал никаких неприятных сюрпризов — в двери спальни не было ключа. Время тянулось невыносимо, пока я не решил, что она могла уже раз десять принять душ. Распахнув дверь, я вошел в спальню. Ночник бросал мягкий свет на лежавшую в постели фигуру. Она закуталась простыней до самой шеи. Овал лица обрамляла аккуратная шапочка черных волос.

— Надо стучаться, когда входишь в спальню к леди! — холодно сказала Кейт.

Я прошел в ванную и закрыл за собой дверь. Свежевыстиранные колготки, бюстгальтер и голубые шелковые трусики висели на сушилке. От такой безыскусной простоты у меня всегда мороз по коже. Почистив зубы, я вернулся в спальню и начал раздеваться.

— Какого черта ты здесь делаешь? — задиристо спросила Кейт.

— Собираюсь лечь в постель, — признался я.

— Здесь ты спать не будешь!

— Ты ошибаешься!

Я снял трусы, положил их на спинку стула вместе с остальной одеждой и направился к постели.

— Ты мерзавец!

— Я буду спать в постели, — терпеливо объяснил я. — Где будешь спать ты, дело твое.

Прежде чем лечь в постель, полагается откинуть простыню. Сделав это, я обнажил тело Кейт от шеи до пупка. Высокая полная грудь сияла, как мрамор, при мягком свете ночника. Ее украшали крупные соски кораллового цвета. Я лег в постель и вернул простыню на прежнее место.

— Ты, наверное, считаешь себя неотразимым, с этим своим профилем и волосатой грудью, — сказала она.

Я протянул левую руку и нежно дотронулся до ее полной правой груди. Нащупав сосок, я начал ласково вращать его между большим и указательным пальцами, чувствуя, как он набухает и твердеет.